Улица Пера
В 1920 году Александр Вертинский, как и множество русских людей, приехал в Вечный Город на Босфоре. Через сто лет здесь оказались мы, и сейчас я предлагаю погулять по той улице, которая помнила Римскую Империю, всегда была рада иностранцам, потому что жили здесь обычно купцы, и которая потом среди мусульманского Города оставалась кусочком Европы, Палестины, Армении... А пока Вертинский вспоминает:
«Я сошел с парохода. В Константинополь. В эмиграцию. В двадцатилетнее добровольное изгнание. В долгую и горькую тоску.
Поселились мы с Борисом Путятой в самом фешенебельном отеле Константинополя «Пера Паласе». Разутюжили наши российские «костюмчики» — знаменитый актерский «гардеробчик», по которому антрепренеры оценивали молодых актеров, и вышли на улицу — на Гранд Рю-де-Пера, по которой взад и вперед прогуливалось немало наших, приехавших раньше нас.
«Ба! Откуда вы? Когда приехали? На чем?» Приподымались шляпы. Пожимались руки.
Город шумел, орал и сверкал, как огромный базар. Тысячи голосов. На улицах настоящий карнавал. Сотни офицеров и солдат в самых экзотических формах и нарядах. Шотландцы в юбочках с волынками в руках маршировали под какую-то детскую музыку. Негры в фресках и шароварах, итальянцы с петушиными перышками на шляпах, французы в голубых с золотом кепи, американцы в белых шапочках, англичане со стеками в руках, греки, чехи, сербы, румыны… Кого только здесь не было! И все это двигалось, маршировало, играло, пело».
И среди этого хаоса оказались русские женщины. Так получилось, скорее всего это была случайность, но именно Пассаж Саида-Паши на Рю-де-Пера облюбовали наши дамы для цветочных магазинов. Саид-Паша стал хозяином отеля и пассажа, соединяющего улицы Пера и Сахне. Паша выкупил это здание у греческого банкира Христакиса Заграфоса в 1908 году. Пассаж новый хозяин тут же переименовал в Саид-паша, а наверху был отель Сите де Пера, как и при греческом банкире. Уж не знаю, как там было с флористикой в 1919 году, но букеты наших женщин всем понравились. Они собирали цветы на Босфоре, заказывали розы у фермеров и составляли букеты. Вскоре Саиду-паше пришлось подвинуться и переименовать Пассаж в цветочный, ничего личного, просто бизнес.
Вертинский был заворожен предприимчивостью наших барышень: "Девчонки сразу освоились и как-то внезапно, точно по уговору, оказались все дочерьми генералов, полковников, губернаторов и миллионеров. Иностранцам они рассказывали о себе чудеса. Те слушали их, разинув рты, и лезли из кожи. Мужья сердились, но терпели, «Главой в доме» была жена. Сменив военную форму на штатское, мужчины чувствовали себя как-то неуверенно. Имея много свободного времени, они ревновали своих жен, тяготились создавшимся положением или, наоборот, спокойно мирились с ним и от скуки целыми днями торчали в бильярдных".
